ROF-2018. Джанфранко Мариотти: Фестиваль будет длиться бесконечно!

Сейчас трудно представить, что совсем недавно искусство великого Джоаккино Россини было на грани забвения. Из колоссального наследия композитора широкой публике был известен, пожалуй, лишь «Севильский цирюльник», да и тот, как выяснилось, подвергся таким изменениям, что можно было оспаривать авторство, имея на то веские основания.

  • Классическая музыка
  • Интервью

В Россию музыка Дж. Россини пришла в 1820 году, и это был всё тот же «Севильский цирюльник», который не покидает оперные сцены России по сей день. Сформировалась целая плеяда отечественных первоклассных певцов, а теперь ещё и певцов-дирижёров, возросших, в том числе, на базе функционирования ROF.

Как случилось, что удалось сохранить наследие Россини и переломить процесс забвения наследия великого композитора? Теперь спросите, кто стоял за всем этим? Кто управлял процессом? Кто были эти мифические управленцы от мировой музыкальной культуры, деяния которых ещё предстоит оценить по достоинству, а их опыт следует систематизировать и рекомендовать к применению в современной культурной практике? Что сподвигло этих людей на такую тяжкую, но очень нужную и интересную работу? Вопросов много, и за один раз на все получить ответы, пожалуй, не удастся, но, как говорят в народе, лиха беда – начало! Начнём, благословясь.

Вопросы заданы Почётному генеральному интенданту и основателю ROF, легендарному маэстро Джанфранко Мариотти. Великой удачей было получить его любезное согласие уделить внимание нашему изданию и обратиться к истории ROF.

— Как возникла идея создания ROF – Россиниевского оперного фестиваля?

– Идея возникла после того, как мы стали свидетелями масштабной исторической реконструкции оперы «Севильский цирюльник» в исполнении Клаудио Аббадо в 1969 году по «критическому изданию» Альберто Дзедды, т. е. после профилактической музыковедческой экспертизы возвращения оперы к первоначальному тексту. Результат был поразительным: все ошибки и злоупотребления, накопленные в течение многих лет на партитуре (порезы, дополнения, замены, преобразования, поправки приборов и т. д.), волшебным образом исчезли, уступив место прозрачности и лёгкости, подобной Моцарту. Россини родился здесь, моя идея фестиваля, — где «всё» Россини, была запущена в критическом издании. Таким образом, я разработал театральный проект, в котором рядом с фестивалем также был Фонд Россини для музыкальной части и мемориальный дом композитора. Возникла настоящая лаборатория прикладной музыки. Была создана оригинальная формула, которая определила успех фестиваля и которая до сих пор нигде не повторилась.

— Почему выбор пал на Россини?

— Потому что 40 лет назад ни один автор из плеяды великих, как Россини, не был столь же не известен. Причина в том, что в середине своей жизни Россини таинственным образом перестал писать для театра, для которого были созданы большинство его работ, которые с течением времени постепенно тихо исчезли. Поэтому он обязан своему родному городу, который взят на себя историческую миссию вернуть миру это великое забытое наследие искусства, красоты и цивилизации.


Альберто Дзедда

– Расскажите, пожалуйста, нам о своем друге Альберто Дзедде.

— Альберто Дзедда был своего рода художником эпохи Возрождения: в дополнение к серьёзному дирижеру, он был, на самом деле, музыкантом-новатором и харизматичным педагогом. Его творческая индивидуальность охватывала многие другие области. Для меня он был братом — компаньоном в этом приключении знаний, который стал фестивалем оперы Россини. С ним я разделил хлеб и музыку, и проекты, надежды, тревоги, трудности, разочарования, но и много побед. В своей долгой и щедрой жизни Альберто сделал то, что он хотел, включая надежду умереть с палочкой в кулаке. Вот почему я вспоминаю его с улыбкой.

— Что Вы думаете о будущем ROF?

— Я считаю, что если фестиваль не потеряет свою оригинальную формулу, которая до сих пор для него была «путеводной звездой», то фестиваль будет длиться бесконечно. Для того, чтобы разрешить все проблемы, связанные с функционированием фестиваля, а это вопросы культуры, социума, истории, художественные вопросы, проблемы вариативности музыкального материала, для этого потребуется труд многих поколений. Поэтому я с оптимизмом смотрю в будущее.

— Пожалуйста, несколько слов о Вашей семье.

— Я живу в Пезаро только с женой, бывшим муниципальным сотрудником. У меня четверо детей и шесть внуков. Все дети независимы и работают в разных областях. Только двое из них пошли по стопам отца. Это Микеле Мариотти, довольно известный в мире музыки дирижер, продолжающий свою карьеру на мировых оперных сценах, и Иаков, глава пресс-службы ROF.

***


ROF

ROF тесным образом связан с русской исполнительской школой. В свою очередь, наши певцы почитают за честь и большую удачу участвовать в различных программах Фестиваля. Таким был и прошедший летний сезон в Пезаро. Наши певцы не просто участвовали в программе фестиваля, а участвовали как исполнители главных партий в операх Россини.

Кстати, так было и с «Севильским цирюльником» в программе этого года. Партию Графа Альмавивы исполнил русский тенор Максим Миронов, обладатель лёгкого, подвижного, красивого тембра голоса, в совершенстве владеющий техниками исполнения произведений Россини.

Россиниевский Оперный Фестиваль (ROF) — это не только школа для молодых певцов, не только сохранение и продвижение музыки Россини на мировых оперных сценах, но и активное участие в мировом глобальном культурном процессе. Фестиваль формирует у зрителя универсальные эстетические принципы в восприятии высокого искусства, что, в свою очередь, способно снимать напряжённость в обществе. Сейчас это особенно важно в молодёжной среде.

Людмила КРАСНОВА

Автор записи

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *